Из дневников Рюмина В.В.

Личные дневники – зеркало жизни. Благодаря Людмиле Чичкань, сохранившей уникальные документы, мы можем заглянуть в записи, которые вёл известный учёный и популяризатор науки Владимир Рюмин. В них педагог и инженер предстаёт перед нами не бронзовым изваянием, каким мы привычно представляем известных людей прошлого, а живым человеком со своими страстями. Любовь и ненависть, человеческие слабости и поиски педагогических приёмов – всё это в живых текстах, написанных рукой Рюмина.

В 1899 году двадцатипятилетний Рюмин поступает на свою первую работу – в Бюро архитектурного проектирования. Но почти сразу переходит на должность преподавателя в Николаевское техническое железнодорожное училище. Мы предлагаем вам выдержки из дневника, который вёл Владимир Владимирович в течение одного года. Редакторские ремарки объяснятчитателю значения некоторых слов и событий, а также «расшифруют» некоторые упомянутые фамилии.

1899, декабрь, 31
Кидаю краткий взгляд на истекший год. После некоторых переживаний устроился на симпатичное место.

1900, январь, 7
Был в училище, но уроков не было, а был молебен, а перед ним панихида, так как пятого застрелился ученик пятого класса Соловьёв. Конечно, на воспитание сие событие произвело впечатление, да и на начальство тоже.

1900, январь, 19
Весьма и очень ругал меня Кирьяков за упорное опаздывание. Скверно: всего первый месяц служу, а уже и здесь начинает надоедать. Хотя бы скорее утвердили чтоли, всё же свободней ругаться будет.

(Дмитрий Александрович Кирьяков — начальник училища инженер-механик, статский советник)

1900, январь, 26
Холодище в классе подавляющее и ученики тетрадями печи топят.

1900, январь, 27
Проспал и, нежелая опаздывать, не пошёл вовсе. И кстати, так как чувствую себя неважно.

1900, январь, 29
И всё же служба тем хороша, что больше её часть проходит не на глазах у начальства, а в классе сам себе господин, да и ученики, кажется, ко мне хорошо относятся.

1900, февраль, 9
Начальство моё училищное злит меня. Во-первых, тем, что не посылает моего прошения о выдаче мне 250 рублей и, во-вторых, потому, что собирается меня таки услать в командировку в Севастополь. Пренеприятно. Хорошо бы четыре года вытянуть для чина, да перейти в иное место.

(Рюмин имел восьмой чин («надворный советник»). Чтобы получить седьмой («коллежский советник»), ему надо было прослужить четыре года)
Рюмин в своём доме. Публикуется впервые
Рюмин в своём доме. Публикуется впервые

1900, февраль, 11
Перестаю понимать добрейшего Громова, который на меня как на революционера смотрит, за мою непочтительность к Кирьякову. Во всём меня можно заподозрить, но отнюдь не в революционном духе.

(Тихон Петрович Громов – инспектор училища (второе лицо в учреждении) и преподаватель математических наук, коллежский советник, кандидат математических наук)

1900, февраль, 14
Заказал парадный мундир и боюсь, что Кирьяков меня вышибет из училища, пропали тогда деньги.

1900, март, 7
Вечером зашёл Громов и Ползунов. Громов не понравился О.А. Ползунов выдержал экзамен. Тоже поругивает Кирьякова и указывает на его стремление пожинать от дел чужих. Ползунов советует признаться высшему начальству в своей службе на ракетном заводе, если разрешат, то Кирьяков теряет свой кнут надо мной.

(С.С. Ползунов – помощник заведующего учебными мастерскими училища. О.А. – Ольга Бойчевская, будущая супруга Рюмина)

1900, март, 13
Ох!!! Водил учеников на полотно железной дороги. Ещё раз ох!!! Они подлецы меня делают поверенным своей нелюбви к преподавателям – строго запретил в моём присутствии сие делать, ибо сам становлюсь в весьма ложном положении.

1900, март, 15
Водил своих учеников на завод Уманского, а затем и на ракетный. Не думаю, впрочем, чтобы они что-нибудь вынесли из посещений, хотя на мой вопрос: «Ну, вынесли что-нибудь?» Они ответили: «Вынесли!». «А ну покажите, что именно вынесли», — изволил сострить я.

1900, март, 17
Принёс портной мундир, влетевший мне в 48 рублей. Постоянная форма распорядителя похоронными процессиями.

1900, март, 22
Были блины и на них Громов и Ползунов. «Гробы повапленные» — кроме карт и выпивки, как и все почти педагоги, никуда не пригодны.

(«Гробы повапленные» — в переносном смысле обозначает что-то по сути ничтожное, но прикрытое внешним блеском)

1900, апрель, 4
В училище сегодня свирепствовал… а именно засадил троих в карцер. Разбаловал я мерзавцев: из двадцати восьми учеников в классе десять, из них чертят всего трое, да и то не то, что нужно.

1900, апрель, 28
В среду изловил меня Ползунов и затащил к себе ужинать. За ужином так выпили, что решили идти в «Петербургскую» освежаться кофеем. Освежались до четырех утра и на троих (был Евстратов) с ним играл на бильярде. Обошлось в пятнадцать рублей. Вчера после Совета повторили программу, хотя скромнее, в два уже лёг спать.

(И.П.Евстратов – преподаватель чистописания, надворный советник, учёный рисовальщик)

1900, май, 3
Но что, мне нравится (пока) игра в учителя. Кстати, как я сегодня орал на моих разбойников. Ужас!

1900, май, 12
Взял у Кирьякова свидетельство и разрешение вступить в брак. Он меня не пускает даже после свадьбы, так как третьего хочет сдать мне должность.

1900, май, 17
Был ассистентом на экзамене у начальника, с удовольствием убедился, что и у него ученики знают курс преподло.

1900, май, 19
Громов разъяснял мне, что он уходит и я буду исполнять должность, а там и инспектором. Принёс портной форму, ну и мерзость, прямо страж департаментский, да и всё тут.

1900, май, 23
Был на экзамене Тумский, папин знакомый и наш окружной инспектор. Потом ему делали обед (но сторожа и преподаватели не были приглашены). Нам меняют форму на более красивую. К вечеру сидел у Ползунова и пил в умеренном количестве пиво.

Рюмин с супругой. Публикуется впервые
Рюмин с супругой. Публикуется впервые

1900, июнь, 6
Уехал Кирьяков и я ныне «управляющий училищем» и в этой должности всё сводится к подписанию бумаг. Женился я с треском. Шаферами у Ольги были Громов и Егоров. В числе прочих поздравление наиболее приятное было от учеников.

1900, июнь, 7
Управляю училищем. Масса недоразумений.

1900, июнь, 16
Черт побери! Не так легко управлять училищем. Ученики набедокурили, а мне ругательную бумагу шлют.

1900, июнь, 18
Ох, завтра опять на службу надо идти… свинство.

1900, июнь, 21
Всё ещё опаздываю на службу.

1900, июль, 1
Все меня оставили… даже швейцар ушёл, и я остался с надзирателем…

1900, июль, 4
Осматривал картины нашего ученика Кравченко – если он не станет вторым Судковским, то сие удивительно.

1900, июль, 7
Ездили со Скрилем на охоту. Никого не убил, а его оглушил, чем весьма был напуган.

1900, июль, 9
Были на выставке этюдов Кравченко. Боюсь, не влетело бы, что я позволил её устроить в училище.

1900, июль, 12
В училище гадость и осточертели они все мне. С работы бегут – жара.

1900, июль, 25
Ученики мои начали меня серьёзно злить. Пробили камнем голову сторожу и привели в негодность барабаны: турецкий и простой, пропоров им пуза. Ну, будет мне от Кирианова.

1900, июль, 26
Жара 45 градусов и духота невозможная. Ученики отказываются работать.

1900, июль, 28
Ездил со Скрилем на охоту, убил здорового ястреба и попался сторожу, что очень неприятно для меня как для педагога.

1900, июль, 29
Ученики уничтожили в общежитии электролампы и провода.

1900, август, 19
Положа руку на сердце, я к ученикам отношусь лучше других и зла им не делаю – тем более обидно видеть, какой черствой неблагодарностью они за это платят: сломали шкаф с чертежами и повыкрали лучшие из них, а остальные перепачкали  и перемяли. Ведь это чёрт знает, какая гадость, поневоле озлобишься. И не правы газетчики, бранящие только педагогов.

1900, август, 23
В Харькове в гимназии ученик застрелил директора и ранил учителя. Неужели оправдают? Вот клади годы на наше милое юношество, что ли под конец, какой-нибудь психопат из-за двойки застрелит.

1900, сентябрь, 5
Нет! Лучше не буду с Кирьяковым беседовать. Буду только отвечать на прямые вопросы. Сегодня опять ругались, он очень легко оскорбляется сам, но ещё легче других оскорбляет. Говорят, что у него чахотка.

1900, сентябрь, 12
Было письмо от Кравченко, он срезался в Москве и едет в Санкт-Петербург, где ему не имея места, будет конечно трудно. А мои дела не так-то блестящи, чтобы я существенно помог ему.

1900, сентябрь, 15
Приходил Ползунов, но я на него зол, я его сплетника и не велел принимать, черчу. Кашель, насморк, несварение желудка.

1900, сентябрь, 26
Был спуск броненосца «Князь Потёмкин Таврический». Все дни были заняты подготовлением к сему событию и напрасно. Вчера даже ездил к Тикоцкому, и он довольно ясно дал понять, что учениками недоволен. Хотя сегодня они держались прекрасно, надо отдать справедливость. Я с успехом исполнил роль фельдфебеля, водив учеников. Вчера был Ползунов, о чудо. Мы его обыграли на 2 рубля 66 копеек в открытый винт.

(Карл Михайлович Тикоцкий – контр-адмирал, первый николаевский градоначальник (1900-1902). Винт – карточная игра)

1900, сентябрь, 28
Был Ползунов, отыгрывая свой проигрыш – какое собственно говоря, некультурное существо. С начальством лёд.

1900, октябрь, 16
Принесли ученики часть сбритых чертежей – созрела совесть. С этим народом можно хорошо жить, только надо любить их.

(Сбрить – (жаргон) украсть)

1900, октябрь, 17
Был в училище молебен, а затем парад. Словно мы конно-гвардейцы.

1900, октябрь, 21
Вчера вечером был зван к Ползуновым. Был Евстратов и Дибольд. Сыграли девять робберов и обставили хозяина. Конечно, перемывали косточки начальству и рассуждали о службе. Дибольд говорит, что нам сменят в мае форму. Упорно хожу в церковь. Упорно опаздываю.

(Роберт Робертович Дибольд – инспектор училища, коллежский асессор, кандидат физико-математических наук. Роббер – круг карточной игры)

1900, октябрь, 26
Сегодня был акт, посещенный градоначальником и Балыком. Было всё, как полагается, отменно скучно. И со стороны Кирьякова бестактно. Препротивное он на меня впечатление производит.

1900, ноябрь, 9
Шурка где-то заполучил ветряную оспу и мне грозит удовольствие устроить себе каникулы. Укрощал бунт, то есть классный отказ и вышло очень мило и быстро.

(Шурка – сын Ольги Бойчевской от первого брака. В 1910 году уехал в Германию учиться инженерному делу. В 1913 году покончил жизнь самоубийством, отравившись спичками, головки которых делались из ядовитого белого фосфора)

1900, ноябрь, 24
Особенно зол, что проболел два табельных дня с прекрасной погодой.

1900, ноябрь, 29
Завтра решил идти в школу, а то довольно тоскливо и не хорошо много пропускать.

1900, декабрь, 5
Не учатся мои ученики совсем, да и баста. Погуляли двухнедельный отпуск еще за три недели до сего последнего.

1900, декабрь, 12
Были у нас на вечере Кирьяковы. А сегодня с учителями доедали «после господ». Я конечно стушевался. Получил известие о приходе наградных за летние практические занятия в размере 1656 рублей – что не бесполезно конечно. Сегодня возмутительно много колов поставил ученикам. Скверно они занимаются.

1900, декабрь, 14
Узнал от ученика третьего класса, что ученики второго класса с ним не согласны на счёт моей доброты и говорят, что я свиреп, и все же ничего не делают. Какую тут педагогическую систему принять?

1900, декабрь, 16
Жена проиграла «ползункам» (Ползунов и Евстратов) пять рублей. Злюсь на Кирьякова, давшему Ползунову меня контролировать. Возмутительный идиот.

1900, декабрь, 21
Вчера сделали Совет, на котором почему-то решили отпустить учеников сегодня после трёх уроков. Ради чего я должен был в треклятую погоду, в сильнейшую метель с больной головой переть в школу, в которой ровно ничем не занимался, так как никто ничего не делал. Злюсь на начальство до нецензурности.

1900, декабрь, 26
Был Евстратов, винтили и глотали алкоголь.

(Винтить – играть в Винт)

1900, декабрь, 31
Вытянул весьма успешно целый год чиновничества и пока ещё в силах на том же поприще тянуть дальше для исполнения своей задачи получить утверждение в седьмом классе.

(Утвердиться в седьмом классе – получить титул коллежского советника)

Оригинал статьи в газете «Вечерний Николаев»

Отмечено ,

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *